Россияне стали доброжелательнее относиться к Западу: 61% респондентов «Левада-Центра» сказали, что относятся к нему «как к партнеру», и лишь 5% — как к врагу.

В январе 2017 года, когда проводился предыдущий опрос на ту же тему, партнера в странах Запада видело лишь 43% респондентов.

Тени гонятся за тенью

Смягчение настроений россиян в отношении Запада — феномен, который социологи предсказывали уже какое-то время, говорит руководитель отдела «Левада-Центра» Алексей Левинсон.

Предсказать, как изменятся настроения россиян по тому или иному вопросу, достаточно просто: для этого всего лишь требуется следить за интонациями официальной прессы. С примерно 2000 года социологи знают, что мнение граждан России по внешнеполитическим вопросам в точности повторяют официальную точку зрения, только с определенным отставанием по времени, — сказал он «Ридусу».

В данном случае эта закономерность также проявилась в полной мере, поскольку, объясняет Левинсон, для обычных жителей России никакого «Запада» — в виде ли агрессора, в виде ли партнера — не существует.

Для подавляющего большинства россиян, которые граждан западных стран в глаза не видели, Запад — это некий абстрактный образ. Благодаря чемпионату по футболу эта „блокада“ оказалась немного прорвана, но в целом смягчение резко негативного отношения стало происходить еще до начала ЧМ, — отмечает социолог.

Поскольку уже некоторое время официальные заявления Москвы в отношении Запада стали носить более-менее примирительный характер, то и общественное мнение, как тень, потянулось в ту же сторону. К тому же чемпионат мира по футболу для многих россиян стал редким шансом увидеть, как выглядит внешний мир не на экране телевизоров (где иностранцы предстают, за редким исключением, русофобами, гомосексуалистами и педофилами), а вживую.

И умереть мы обещали

Это еще далеко не détente (разрядка), но уже и не режим осажденной крепости, подчеркивает Левинсон.

Эта „осажденная крепость“ начала исподволь разрушаться одновременно — и возможно, как следствие — со спадом эйфории по поводу присоединения Крыма. Это две стороны одного и того же явления: ведь „Крымнаш“ был целиком и полностью построен на негативном, агрессивном базисе, — говорит социолог.

По его мнению, прежнее неприятие россиянами этого «абстрактного врага» на самом деле не имело никакого отношения к реальным российско-западным трениям. Для граждан РФ неприятие Запада являлось формой выражения поддержки политического руководства страны — потому что иных способов выразить свои верноподданнические чувства у обычных граждан не имеется.

Например, в апреле, по данным другого социологического института, ВЦИОМ, 66% опрошенных выразили готовность «умереть» за сирийского президента Башара Асада. Которого у них тем более никогда не будет возможности увидеть.

«Патриотизм» населения порой приобретает карикатурные формы (празднование Дня Победы в Ногинске)

Игорь Серебряный

В России большинство населения пассивно следует информационному фону, не понимая, какое содержание на самом деле может быть у того или иного «патриотического» или давящего на национальную гордость «вброса», соглашается социолог проекта «Открытое мнение» Иван Климов.

Мы в последние годы видим, как на народные гуляния родители выводят маленьких детей в военной форме или в колясках, оформленных как танки или боевые самолеты. Этим мамам и папам, естественно, никогда не придет в голову оформить коляски в виде гробиков — люди просто не в силах экстраполировать, что военные игры для многих заканчиваются „грузом 200“, — сказал он «Ридусу».

Правда, россияне уже целый месяц видят, как самые разномастные «враги» бегают по зеленому полю с мячиком. Выглядят они совсем не так устрашающе, как об этом рассказывали по телевизору. Можно и выдохнуть.

Новости в фотографиях

Source

HashFlare

Понравились фото новости? Поделиться: